Прелюдия черни

Прелюдия черни
Текст:
Печать

Признаюсь, прочтение книги Л.А. Усковой «Этюды черни» произвело на меня двоякое впечатление. Это и блестящий приключенческий роман в жанре исключительно научной фантастики, но это ещё и поражающее ясностью видение подковёрных пространств коридоров власти. О вскрытом существе последних выскажусь подробнее.

Эталон отношения задан ещё в начале повествования и звучит примерно так: Президент страны должен быть носителем основной идеи развития страны. Замечу, он по своему положению объективно воспринимается как носитель, что бы он ни нёс, и кто бы он ни был по происхождению и воспитанию. Действительно, достаточно ли одного взгляда на него бросить, чтобы прочитать ответы на вопросы: «Кто мы? Чего мы стоим? Что мы сделали для памяти своих предков и что мы оставим своим потомкам?» И только дочитав до конца книги понимаешь, что чернь может надеяться и верить только себе и в себя.

Что касается надежды и опоры Самого, то есть кремлёвского закулисья, то его концепт представлен в предельно компактной форме: «Вариантов-то у нас немного осталось сегодня: или отбиваемся и рулим, или уходим в небытие». Иначе говоря, стратегия кремлёвской власти, как путь вождя, – это конформизм и рефлексия. И обнажённая ясность обречённости конца истории как «точки бифуркации» подчёркивает достоинство целостности литературного произведения.

Реальность вплетена в сюжет романа-прозрения сюрреалистическими приёмами. И эта реальность носит характер отнюдь не фрагментарных иллюстраций сюжетной предопределённости, но некоторого множества нитей, свивающего сакральность бытия. А авторская речь (в просторечии – сюжет) воспринимается как пересказ распознанной реальности. И палитра реальности куда как широка. Здесь и война, и вожди со своими нравами и интригами, и мутные глобалисты, и целый лес объективных процессов с давно протоптанными тропинками и едва намечаемыми новыми, и главные герои, вынесенные логикой обстоятельств и собственными усилиями куда-то на уровень богов.

Война: «А у нас солдаты поняли, что идёт игра престолов, и они хотят выйти из неё. Все кланы рассаживаются по своим территориям и мочат мешающих недоделков. Ну и готовятся к финальной битве. А в это время за Стеной Король обретает максимум мощи ночи и собирает армию своих зомбаков». Тут же высвечивается логика черни: «Его мотивация в этой войне – не умереть за общее дело, а победить ради общего дела! Из этого надо строить и основную стратегию, и общие задачи по работе с армией…».

Поскольку от кремлёвского закулисья (от «лучших людей», если принять самоидентификацию оных) дальнозоркости ожидать не приходится, следует принять во внимание стратегов-носителей глобальной силы. («У высокого начальства нет никакого здравого смысла в мотивации. Нет никакого служебного долга. Есть только личный субъективный интерес, толкающий на действия способствовать делу или тормознуть его. Вот и вся наука про менеджмент»).

Сюжет романа-предсказания вплетает в себя зороастрийскую притчу, представленную как путь возможной эволюции духа. И путь этот лежит в тумане множества вариантов развития событий по отношению к генеральной линии этой самой эволюции, исход которой, впрочем, носит сугубо вероятностный характер даже по отношению к итогу. Не ясно даже по существу: то ли это будет финишная петля, то ли черта.

Реперные точки притчи, («точки бифуркации»), это три характерных рубежа «перехода количества в новое качество» с последующим наполнением этого «нового качества» соответствующим «количеством». В образной форме рубежи обозначены как «Верблюд», «Лев», «Ребёнок». Пред-эволюционное состояние рода человеческого закончилось под давлением внешних обстоятельств, когда он начал, как мыслящий Верблюд, навьючивать на себя куда больше, чем пучки саксаула для завтрака. И, набрав мощи, род человеческий оказался у черты, когда надо было или умнеть (переводить количество в качество), или разгонять аппетит дальше, до переедания. От Жмеринки до Владивостока, к примеру. Строго говоря, вся история цивилизаций, как её нам рисуют в школе, начинается и заканчивается блужданием по планете в поисках того, что плохо лежит у соседей.

Единственное знакомое нам событие и присутствующее разве что по умолчанию, которое никак не вписывается в стихию львиной доли – Великая социалистическая революция в пост-имперской России. Согласно формальной логике и рамок притчи, после набора мощи Лев должен был бы переродиться в Ребёнка. Пусть в неразумное, но дитя. А ребёнок, мало того, получился с генетическим грузом, да ещё и с родовой травмой… Чернь, да и только.

«…зачем мы на эту хрень тратим время? – Затем, что процент «идиотов», как ты выразилась, в нашем мире угрожающий, – спокойно заметил Андрей. – так что аудитория для такой «хрени» обширнейшая. И сейчас основная борьба на планете и идёт за то, кто более эффективным образом этих самых «идиотов» возбудит, сагитирует и поставит под свои знамёна».

Право слово, книга достойна внимания во всех отношениях.

0 комментариев
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
или

Войдите с помощью соцсетей: